Зимние

«Часто даже для специалистов по танцам оценки остаются загадкой». Тренер Худайбердиевой — Базина, Канышевой и дочери Тутберидзе общается с «Матч ТВ»

20просмотров

«Часто даже для специалистов по танцам оценки остаются загадкой». Тренер Худайбердиевой — Базина, Канышевой и дочери Тутберидзе общается с «Матч ТВ»

Елизавета Худайбердиева и Егор Базин / Фото: © Дмитрий Челяпин / Матч ТВ

Мария Боровикова — про уроки скольжения для Трусовой, разбор критериев оценок в танцах на льду и взгляд на работу тренера глазами молодых фигуристов.

Мария Боровикова — про уроки скольжения для Трусовой, разбор критериев оценок в танцах на льду и взгляд на работу тренера глазами молодых фигуристов.

В группе тренеров Марии Боровиковой и Дениса Самохина катается несколько ярких танцевальных дуэтов: Елизавета Худайбердиева и Егор Базин имеют шансы отобраться на Олимпиаду в Пекин, грузинская пара, серебряные призеры юниорского чемпионата мира Мария Казакова и Георгий Ревия тоже готовятся бороться за олимпийскую путевку. 

Именно у Боровиковой и Самохина начинали свою танцевальную карьеру некогда перспективная одиночница Алена Канышева и Диана Дэвис — дочь Этери Тутберидзе. Александра Трусова изучала в этой группе скольжение, а еще Мария и Денис растят фигуристов из своих детей. «Матч ТВ» поговорил с Марией Боровиковой о судьбах ее учеников и любимой семейной работе во время приезда в Петербург, где она родилась и долгое время жила, на очередные соревнования.

Читайте в интервью:

  • Что помешало Худайбердиевой и Базину пробиться в топ сборной

  • Как сложился первый сезон бывшей ученицы Этери Тутберидзе в танцах

  • Какой тренеру запомнилась Диана Дэвис в начале танцевальной карьеры

  • О хореографических навыках Александры Трусовой

  • Почему фигуристы, завершившие карьеру, не спешат работать тренерами

  • Отчего распадаются танцевальные пары

  • О том, почему иногда даже специалисты по танцам не понимают судейских оценок в танцах на льду

«На тренировках Саша выполняет отличные дорожки, красиво скользит, двигает руками и ногами. Но когда в программе столько четверных прыжков, все исчезает»

— Лиза Худайбердиева и Егор Базин достойно начали свой первый совместный сезон, победили на Кубке России, но на главные старты не пробились. Как думаете, что им помешало?

— Очевидная причина — пошатывание на твизлах на чемпионате России, в итоге ребята не смогли набрать свой балльный максимум. Важно и то, что они новая пара, это влияет на рейтинг. Но в целом Лиза с Егором молодцы в минувшем сезоне! Очень плодотворно работали, их программы хвалили многие специалисты. Никто не унывает, фигуристы уже трудятся над новыми программами.

— Как вообще образовался дуэт? И участвует ли инициатор Олег Судаков в тренировочном процессе?

— Год назад Олег Иванович напрямую предложил Лизе попробовать со своим давним учеником, оставшимся без партнерши. Они провели пару тренировок в Самаре, и Лиза сразу нам сказала, что хочет кататься только с Егором. Мы приняли ее выбор, потому что к тому времени Лиза повзрослела и исчерпала себя в юниорах. Ей нужно было начать серьезный путь на взрослом уровне. Все разобрались цивилизованно. Этот дуэт тренируется в нашей группе, а Судаков сейчас больше организационно помогает. Егор ведь выступает за Самарскую область, которая финансирует его костюмы и переезды. Олег Иванович все это контролирует и работает с нами во время турниров.

— Лиза очень женственная и игривая — это заметно во время выхода на прокат и поклона после танца. Вы даете ей уроки обольщения публики?

— Конечно, наша ученица много работает над образами с хореографом группы Николаем Никоновым. Сейчас Лиза уже взрослая, где-то добавляет свое. Иногда бывает даже лишнее. Важно, чтобы девушка вела себя на публике не только красиво, а со вкусом.

«Часто даже для специалистов по танцам оценки остаются загадкой». Тренер Худайбердиевой — Базина, Канышевой и дочери Тутберидзе общается с «Матч ТВ»

Елизавета Худайбердиева и Егор Базин / Фото: © Олег Бухарев / Матч ТВ

— Как дела у Андрея Филатова (бывший партнер Елизаветы Худайбердиевой. — «Матч ТВ»)?

— Он остался у нас в группе, уже четыре месяца скатывается с новой партнершей. Сейчас ведем переговоры с федерациями и решаем, за какую страну они будут выступать. Надеюсь, осенью увидите дебют Андрея с Элизой.

— Грузинский дуэт Мария Казакова и Георгий Ревия так феерично завершил свой юниорский период, а этот сезон пропустил из-за травмы. Готовитесь ли бороться за квоту на Олимпиаду?

— Да, Гоша получил травму еще летом. Не долечил ее и вернулся к тренировкам, потом снова пришлось лечиться. Из-за этого ребята ни разу не выступили в сезоне. Сейчас восстановили и здоровье, и настроение, есть запал отобраться на Олимпиаду. В октябре мы поедем на турнир в Оберстдорф, где будем бороться с несколькими сильными парами из разных стран. Представителям маленьких федераций сложно вырваться на топ-уровень, но мы поставили себе цель.

— В прошлом году к вам пришла Алена Канышева после завершения карьеры одиночницы. Как сложилось сотрудничество?

— Все началось с нашего хореографа, которая ранее долго работала с Аленой в группе Светланы Пановой. Она очень просила посмотреть девочку, хвалила ее растяжку. Конечно, сегодня 14 лет — поздновато для перехода в танцы. Здесь своя специфика, и Алене тяжело. Они с Андреем Пылиным выступили только на двух маленьких турнирах, но неудачно: упали, Андрей сломал руку. Вообще, сезон у ребят изначально не задался, особенно у Алены — обострилась старая травма бедра из одиночного периода. Фигуристы долго болели, потом занимались учебой. Недавно они ушли в группу Ксении Румянцевой.

— Какие, на ваш взгляд, перспективы у Алены в танцах на льду?

— На среднем уровне она может достигнуть успеха. На топовом, боюсь, что нет. Она не виновата: чтобы проникнуться спецификой танцев и почувствовать партнера, нужно много времени. А соперники-ровесники идут вперед… Вообще мне кажется, Алена до сих пор в душе одиночница, скучает по прыжкам.

— В начале сезона у вас занимались Анастасия Шпилевая и Георгий Смирнов. Их совместную карьеру однозначно перечеркнули проблемы со здоровьем?

— Ребята попросились в группу летом, после снятия карантина. Увы, мы мало успели поработать — чуть-чуть на сборе, программу поставили. Но Настя заболела коронавирусом, затем боль пошла в коленные суставы. Она мечтала восстановиться, но выходила на лед и не могла ничего сделать. Даже ступать на ногу нормально не могла — ходила на костылях. Очень жаль, что так вышло! Дуэт был замечательный, талантливый, скатанный. Настя теперь тренер, я желаю ей счастья.

— Григорий тоже завершил карьеру?

— Нет, он еще хочет побороться в спорте: приходит каждый день на тренировки и катается один. Изредка, когда кто-то из наших мальчиков болеет и девочка свободна, мы ставим ее в пару с Гришей. Он ждет свою партнершу — сейчас есть парочка кандидатур, принимаем решение.

— Еще у вас был миловидный дуэт Екатерина Каташинская и Александр Васькович. Почему распался?

— Ребята перестали подходить друг другу антропологически: Катя резко выросла. Нам пришлось расставить учеников, здесь ни у кого нет обид. Сейчас фигуристы скатываются в новых сочетаниях, все очень довольны.

— Вы тренировали Диану Дэвис — дочку Этери Тутберидзе — в начале ее пути в танцах. Как она к вам попала?

— Диана начала учиться танцам еще на катке у мамы: ей с Федором Варламовым кто-то помогал скатываться. Когда они почувствовали, что нужен узкопрофильный специалист, Этери Георгиевне посоветовали нас с Денисом. Диана и Федор прозанималась у нас сезон, затем Диана ушла к новому партнеру, который катался в другой группе.

— Какой вам запомнилась Диана?

— Очень старательной, нежной, трогательной. К ней хотелось относиться как-то особенно: мы чувствовали сильное желание Дианы быть танцоршей. Она смотрела на старших товарищей, в том числе нашу Лизу, и училась.

— Насколько я знаю, вы даете уроки скольжения Александре Трусовой.

— Мы начали сотрудничать еще со времен, когда Саша каталась у Александра Волкова. Учили ее скольжению, дорожкам шагов, вращениям. Потом был перерыв, затем уже из группы Этери Георгиевны обращались. Мы много и плодотворно работали перед чемпионатами мира, оттачивали в том числе хореографию. Очень довольна показательной программой Саши сезона-2019/20 — мы с таким упоением трудились над ее дорожками и вращениями, я прямо наслаждалась! А в минувшем сезоне мало виделись — лишь осенью Саша иногда приезжала, затем все.

— Многие критикуют Трусову за интерес только к прыжкам. Может, вы увидели у этой девочки желание развиваться в хореографии, самом катании?

— В том-то и дело, что на тренировках Саша выполняет отличные дорожки, красиво скользит, двигает руками и ногами. Делает это всегда с энтузиазмом и все умеет. Но когда в программе столько четверных прыжков, все исчезает. Она просто не успевает подумать, тратит колоссальные физические силы и дыхание. Я не берусь ее судить, ведь Саша — единственная в мире спортсменка с таким набором ультра-си, у нее свои козыри. Но их трудно сочетать с нашими хореографическими наработками.

— Согласовывали ли тренеры Александры содержание ваших занятий?

— Когда она была у Волкова и Тутберидзе, я часто приезжала к ним на каток и мы работали сообща, обсуждали каждую деталь. Осенью же мы просто занимались вдвоем.

«Часто даже для специалистов по танцам оценки остаются загадкой». Тренер Худайбердиевой — Базина, Канышевой и дочери Тутберидзе общается с «Матч ТВ»

Александра Трусова / Фото: © Денис Гладков / Матч ТВ

«Для маленьких нахождение рядом со старшими одногруппниками — серьезная мотивация. Но в целом это неверный подход»

— Расскажите о вашей и Дениса Самохина карьерах в спорте.

— Я каталась в родном Санкт-Петербурге сначала как одиночница у Аллы Пятовой, затем в танцах у Игоря Долгушина. Это были 90-е годы — сложные времена, группу танцев на льду закрыли, и мне пришлось уйти довольно рано. Зато я попала в детский ледовый театр, много лет выступала в международных шоу. Очень этому рада, ибо объездила весь мир, получила опыт и массу идей для будущей работы. А мой муж катался долго и на хорошем уровне: завоевал бронзу юниорского чемпионата мира, участвовал во многих международных турнирах. Он выступал за Россию и Финляндию.

— Вы однозначно решили стать тренерами или рассматривали другие варианты профессий?

— Мы оба заканчивали спортивные вузы, потому что всегда хотели тренировать. Познакомились мы с Денисом во время работы в шоу в Англии. Потом создали семью, родился ребенок, и 12 лет назад мы вернулись в Россию. Решили для себя, что остаемся в Москве, где вырос супруг, и что пора воплощать давние планы в жизнь. Нашли каток в Балашихе, создали свою группу, так и работаем там много лет.

— Когда я спрашиваю действующих фигуристов о планах после завершения карьеры, почти все отвечают, что хотят ставить программы, быть хореографом или идти в совершенно другие сферы. Но только не тренерство. Почему многие избегают вашей профессии?

— Во-первых, сейчас у молодежи масса возможностей где-то учиться, получить альтернативное образование. Во-вторых, тренер — самая ответственная стезя, требующая усидчивости и терпения. А за труд хореографа-постановщика платят щедрее, здесь больше разнообразия и свободы выбора, плюс частные подработки. Но нам с мужем наше ремесло нравится. Тем более мы и как постановщики реализуемся: почти все программы своим фигуристам создаем сами. Это безумно интересно. До недавнего времени нам помогали родители Дениса — заслуженные тренеры Наталья Дубинская и Эдуард Самохин. Сейчас они на пенсии, но продолжают болеть за нашу группу и иногда консультируют.

— Ваши с Денисом дети продолжают династию. Как у них успехи в минувшем сезоне?

— Сына Матвея я тренирую с пяти лет. Начинали мы с прыжков, но четыре года назад ребенок захотел перейти в танцы. Уже год он катается с очаровательной Алисой Овсянкиной, и они прогрессируют: победили на первенстве Московской области, заняли 4-е место на первенстве России по старшему возрасту, на Кубке России отобрались в финал. Дочка Стефания сегодня первый раз выступила в новом дуэте (интервью состоялось на «Кубке Петра Великого». — «Матч ТВ»). Они с Максимом Ситько недавно вместе, программы поставили две недели назад. И вот мы начали их обкатывать, ездим набираться опыта выступлений. В общем, растим из детей танцоров.

— Как в вашей группе устроены тренировки? Разделяете ли маленьких и взрослых учеников?

— Мы изначально поделили своих подопечных на две группы. Старшая — это мастера спорта и кандидаты в мастера спорта. Второй лед — для младшей группы (1-й, 2-й и 3-й спортивные разряды). Редко перемешиваем коллектив: только если кто-то из взрослых отсутствует или у малышей скоро турнир, им надо обкатать программу. Конечно, для маленьких нахождение рядом со старшими одногруппниками — серьезная мотивация. Но в целом это неверный подход, ведь младшие забирают у старших внимание тренера.

«Когда одну страну представляют несколько топовых дуэтов, кому-то приходится страдать»

— Танцы на льду — самый загадочный вид фигурного катания. Зрителю часто непонятно, почему ставят разные баллы тем, кто исполнил все заявленные элементы. Какие в танцах критерии оценок, кроме основных за технику и артистизм?

— Судьи оценивают взаимодействие партнеров, презентацию образа, скорость катания, близость исполнения элементов. Например, во время твиззлов и дорожек на одной ноге расстояние между партнерами не должно превышать длину двух вытянутых рук. Ноги и руки важно отточить параллельно, во вращениях — найти интересные позы. В поддержках критерии — сложные вход и выход, положения, количество оборотов. Судьи щедро плюсуют креативность поддержек, всякие инновационные фишечки. Минусы танцорам ставят за расхождение в синхронности, замедление во вращениях, корявые позиции на дорожках шагов и так далее.

— Почему нашему дуэту Степановой — Букину часто придерживают оценки, когда они катаются безошибочно?

— На крупных турнирах идет негласная конкуренция федераций, а не только пар. В мире фигурного катания три сильнейшие федерации — российская, канадская и американская. Когда одну страну представляют несколько топовых дуэтов, кому-то приходится страдать. Мне было обидно за Сашу и Ваню на недавнем чемпионате мира. Они безукоризненно исполнили произвольный танец и вполне могли быть выше. Часто даже для нас, специалистов по танцам, оценки остаются загадкой.

— В вашем виде уже столько всего придумано. Как его усложнять? Есть ли вообще понятие «ультра-си» в танцах?

— Ультра-си — это когда фигуристы придумали свой элемент. Нечто уникальное, поражающее воображение, чего раньше никто не показывал. Сейчас мало кто создает поддержки с нуля — в основном берут из старого репертуара и дополняют. Но всегда можно усложнять неординарными входами и позициями. А вот удлинить поддержку нельзя: есть ограничение по времени в 7 секунд. Кроме элементов, можно впечатлить яркими постановками, как, например, египетская у Мэдисон Чок и Эвана Бейтса. Чтобы взгляд зрителя падал на образ и хореографию. И судьям, и публике всегда интересно что-то новенькое.

— Какие можете назвать эталонные элементы у танцоров? Например, как поддержка «гусь» Тессы Виртью и Скотта Мойра в программе под Густава Малера.

— Помню их замечательную поддержку на Олимпиаде-2014 в середине произвольного танца: Тесса так эффектно взлетела на шею Скотта, и он ее вращал. Очень точно по нотам, как раз во время смены музыки с лиричной на мощную. Еще люблю интересные переходы у нашего грузинского дуэта Казаковой — Ревия, их колесо в последней произвольной. Гоша давно освоил этот элемент — еще с другой партнершей у Алексея Горшкова. Сейчас я вижу, что и парники колесо переняли.

— Почему в танцах на льду негласная очередь?

— В нашем виде фигуристы получают опыт только с годами. Важно скататься с партнером, научиться органично с ним взаимодействовать и обрести уверенность. То есть два человека должны не только синхронно двигаться, но и быть на льду единым целом. Одиночники чаще быстро прогрессируют: пока они легкие и молодые, им проще даются сложные элементы. Играют роль смелость, безбашенность — они идут, прыгают и выигрывают элементами. А в танцах все приходит со временем.

Источник статьи: matchtv.ru