Зимние

«Денвер похож на Челябинск. Но у нас хоккей любят больше». Большое интервью с Ничушкиным

6просмотров

«Денвер похож на Челябинск. Но у нас хоккей любят больше». Большое интервью с Ничушкиным

Фото: © REUTERS / Mark J. Rebilas-USA TODAY Sports

Единственный российский обладатель Кубка Стэнли в 2022 году, форвард «Колорадо Эвеланш» — о восстановлении после травмы, чемпионском перстне, поездке в Челябинск и дорогих автомобилях.

Единственный российский обладатель Кубка Стэнли в 2022 году, форвард «Колорадо Эвеланш» — о восстановлении после травмы, чемпионском перстне, поездке в Челябинск и дорогих автомобилях.

Мы разговаривали с Валерием на Arena Plау в Коммунарке, которую широкой публике презентовал форвард «Нью-Йорк Рейнджерс» Артемий Панарин. Там Ничушкин занимался со своим тренером по физподготовке Павлом Маркиданом. И там он впервые вышел на лед после травмы, полученной в финальной серии розыгрыша Кубка Стэнли.

…На парковку подъехала оранжевая спортивная иномарка. Из нее осторожно, но уже без костылей вышел высокий парень в черной кожаной куртке. Достал хоккейный баул из багажника, вытянул клюшки с пассажирского сиденья.

Форвард «Колорадо» к тренировке готов!

«Хочу вернуться к началу чемпионата»

— Валерий, как прошла ваша первая тренировка после травмы?

— Все было очень легко. На земле размялись, а когда вышел впервые на лед, то аккуратничал. Было чуть-чуть больновато. Но я вышел раньше, чем нужно. Решил потихоньку начинать. Поэтому мы катались мало, в основном работали руками. Вот, жду когда нога до конца заживет.

— Раньше?

— Нормальный срок после такой операции — от 10 до 14 недель. Прошло девять с половиной. Но мой тренер Паша Маркидан уезжал на отдых, и мы решили выйти и пару дней поработать.

— На льду вы появились даже без экипировки.

— Если пауза была долгая, особенно после операции, то люблю покататься налегке. Я больше двух месяцев на лед не выходил. А если полную форму наденешь, будет серьезное давление на ноги. Обычно я первые две-три тренировки после межсезонья катаюсь минут по 40. Но это у каждого свои особенности. У одних болят ноги в коньках, у других — нет. Тем более мне пока никто не разрешал кататься в полной форме.

— Вы давно работаете вместе с Маркиданом?

— Пять лет, если не больше. Уже знаем подход друг к другу, из-за этого получается более продуктивно работать из года в год. Хорошее качество Паши — он тебя слышит, а не просто дает свои упражнения. У нас всегда диалог, мы постоянно чуть изменяем программу. Работаем над слабыми компонентами и улучшаем то, что идет хорошо.

«Денвер похож на Челябинск. Но у нас хоккей любят больше». Большое интервью с Ничушкиным

Павел Маркидан и Валерий Ничушкин / Фото: © Личный архив Павла Маркидана

— А что будет в Денвере?

— Присоединюсь к команде. Посмотрим с докторами, как себя будет чувствовать нога. Может, покатаюсь один или с тренером… Я полечу туда почти впритык к лагерю. Это лето вообще получилось коротким, потому что сезон поздно закончился. И очень жаль, что травма помешала. Я хотел недели две отдохнуть и потихонечку кататься — раза три в неделю, поддерживая форму. Так легче, чем сделать большую паузу, а потом входить обратно.

— Когда вы вернетесь в игру?

— Планирую, что к старту сезона. Есть один вариант, что если пластина будет сильно мешать или давить и с коньком ничто не смогут сделать, то придется ее вытаскивать. Тогда надо дополнительно пропустить шесть недель. Но это будет известно уже перед началом сезона. Надеюсь, мы этого делать не станем и я смогу сразу спокойно играть.

— С какими чувствами вы улетаете в Америку? Успели насладиться Россией и Челябинском?

— Да ничего вообще не успел! Очень мало времени. Даже когда в Россию прилетел, то из дома пару недель не выходил. Потому что на костылях никуда не сходишь. Как лучше себя стал чувствовать, то потренировался, полетел в Челябинск. Тоже там мало времени провел. Успел лишь по разу объехать всех родственников, немножко поделать дела — и все. Я же там был всего семь дней.

— Одно из дел — мы слышали, вы хотите открыть свой каток в Челябинске?

— У нас было несколько идей. Просто хотелось сделать доброе дело для города или школы «Трактора». Есть разные нюансы, и мы все еще думаем, как это лучше реализовать. Я не хочу рассказывать о том, что еще не сделано. Какой смысл? Вдруг что-то изменится, а тебя будут считать непонятно кем. Я не люблю говорить раньше времени.

— Впечатляло, какой ажиотаж был вокруг вас во время автограф-сессии на арене «Трактора». Не устали расписываться?

— Нет, конечно. Но мне кажется, в Челябинске многие люди ко мне хорошо относятся, прям любят. Об этой автограф-сессии сообщили в последний момент. И потом мне много нехороших слов в директ прислали: «Об этом за три часа объявили! Мы не успели! Как так? Мы очень долго тебя ждали! На дачу уехали, а тут ты появился!»

Не очень хорошо получилось. Надо было как-то организовать получше. Пораньше людям сообщить, чтобы все смогли прийти. Я бы с удовольствием всем расписался. Но, думаю, в следующем году, дай Бог, повторим успех — и сделаем еще лучше.

— Вам спокойно давали по улицам Челябинска пройти?

— Я не так много там гулял. Но все нормально. Люди подходят, фоткаются. Кто-то в ресторанах постоянно подходит. Мне не жалко автограф поставить или сняться.

«Я летал в Италию за американской визой»

— Стартовал сезон КХЛ, вы приходили на матч своего бывшего клуба ЦСКА. Как вам игра?

— Неплохой матч с «Металлургом» (6:2), армейцы — молодцы. Хорошо играли, кроме первого периода. Друзья позвали меня просто. У многих из них есть ложи на арене ЦСКА. Люди в Москве вообще ходят на хоккей. Я и матч с «Ак Барсом» (1:5) не хотел пропускать. На того же Саню Радулова было интересно посмотреть.

— Вы армейского форварда Владислава Каменева отметили в соцсетях.

— Он даже не знал, что я пойду на матч. Я ему уже после игры написал.

«Денвер похож на Челябинск. Но у нас хоккей любят больше». Большое интервью с Ничушкиным

Владислав Каменев / Фото: © КХЛ / Беззубов Владимир

— А матчи «Трактора» смотрели?

— Если есть время. Я тренируюсь и утром, и вечером. Плюс у меня мама прилетела, а мы еще не виделись с тех пор, как я вернулся. Чем у телевизора сидеть, лучше куда-то на ужин сходить.

— А по ходу сезона НХЛ вы следите за чемпионатом КХЛ?

— Да по возможности. Матчи целиком я точно не смотрю. Только хайлайты, ну и побольше — когда идет плей-офф, особенно финальная серия. А так регулярку что смотреть?

— Жаль, что вам не дали привезти Кубок Стэнли ни в Дубай, ни в Стамбул.

— У нас еще были попытки, мы через профсоюз игроков НХЛ запрашивали насчет Дубая. По сути, дают в Европу. Но у меня у родственников и друзей у кого-то нет шенгена, плюс сложные авиаперелеты.

Если уж не дадут сейчас, то и в Европу просить не буду. Ну а смысл? Я могу с Кубком Стэнли и в Америке провести время. А многие друзья в любом случае не полетят.

— В межсезонье вы слетали в Италию.

— Я там просто делал американскую визу.

— С удочкой успели посидеть летом?

— Нет, я не рыболов. Было бы у меня три-четыре месяца — может, придумал бы что-то интересное. А так просто не хватило времени. Я на природу толком не выбирался. И в Италию только полетел по делам.

— Отдохнуть-то смогли? Ждете новый сезон?

— Это точно получилось. И жду сезон. Чуть волнуюсь из-за ноги. Но надеюсь, когда начну, все нормально будет. Пока еще есть неприятные ощущения, но все игроки меня поймут — так бывает в первые дни. Нужно еще, чтобы моторика вернулась. А настроение хорошее, радостное. Это самое главное.

«Пока не знаю, когда мы пойдем в Белый дом»

— «Трактор» подписал канадского вратаря Эндрю Хэммонда по прозвищу «Гамбургер». Вы против него играли?

— Гамбургеры любит? Здорово. Наверное, в хорошей форме будет, — улыбается Ничушкин. — Не могу ничего сказать, не видел его ни разу.

— Бывало такое, что с вами в «Тракторе» советовались, когда брать игрока из Северной Америки?

— Бывало, спрашивали. Но пару раз и через знакомых. Прям напрямую не было. Ну, вот сейчас в Челябинске с руководством «Трактора» смотрели хоккей. У меня спрашивали: «Что ты об этом игроке думаешь? А об этом?»

— Когда делают чемпионские перстни, советуются с хоккеистами?

— Размеры спрашивают. У меня уже спросили. Я замерял палец, на который будут делать кольцо. Плюс там можно сделать реплики и кулоны для родственников. Я для своих буду делать. Но не скажу для кого. Пусть будет сюрпризом.

— Когда вы идете к президенту США в Белый дом? Понятен график?

— Понятия не имею. Со мной никто не советуется. Как скажут, тогда и пойдем.

— В межсезонье в «Колорадо» перешел вратарь Александр Георгиев. Как вам новость?

— Да здорово. И когда русский добавляется в команду, это всегда большой плюс. И общаться легче. И он — голкипер, а я люблю после тренировок дополнительно побросать, на вратарские занятия походить. Думаю, мы с Сашей сработаемся.

«Денвер похож на Челябинск. Но у нас хоккей любят больше». Большое интервью с Ничушкиным

Александр Георгиев / Фото: © REUTERS / Aaron Doster-USA TODAY Sports

— Про вас рассказывали, что вы первым приходите на тренировку, последним уходите.

— Не всегда так. Но после тренировки я задерживаюсь. От состояния зависит, от травм, сколько ты играешь. В минувшем сезоне, честно скажу, я занимался чуть меньше. Потому что играть давали больше, и график местами был сумасшедшим.

— У вашего тренера есть хороший слоган: «Хоккей все видит». Вы согласны с этой фразой? Если много пахать, у тебя все будет?

— По-разному бывает, честно скажу. У меня случались периоды в карьере, когда я работал очень правильно и продуктивно, никуда не ходил гулять. Летел в Америку на все лето, чтобы там тренироваться. Пахал по две тренировки в день. А потом выходил, получал травму — и пропускал весь сезон.

А бывает так, что командное сплочение со всеми вытекающими, через день после гулянки выходишь на матч — бам! — отдал пас, забил гол.

Но понятно, что в долгосрочной перспективе чем правильнее ты относишься к своему телу и здоровью, чем выше дисциплина и качественнее тренировки, тем тебе лучше. Это обязательно сказывается.

— Вы сейчас с опаской возвращаетесь после травмы ноги. Но у вас была такая сложная операция на бедре несколько лет назад, что под ударом была вся карьера!

— Я полностью пропустил весь сезон. Бедро беспокоило, но не сильно — мне хорошо сделали операцию. Сейчас у меня по факту ерунда. Повреждение стопы, ничего страшного. И я так усердно делал реабилитацию, что у меня правый голеностоп стал сильнее, чем левый.

Просто сегодня конек надел. Там чуть давит в том месте, где пластина. Неприятно пока что. Надеюсь, что это пройдет. Когда сделали операцию, первые две-три недели там даже прикасаться было больно. Опухоль еще спадает. Бог даст, через пару недель все будет идеально.

«Завершить карьеру хотел бы в «Тракторе»

— Когда клуб с вами подписывает контракт сразу на восемь лет, как это отражается психологически?

— Это дает уверенность в завтрашнем дне. Но ты понимаешь, что этот контракт еще нужно оправдать. У меня уже была ситуация, когда меня выкупали. Поэтому я понимаю, что подписанный контракт не дает тебе гарантии, что ты весь срок проведешь в этой команде. Если будешь не очень хорошо играть, заниматься своими делами, отвлекаться.

Контракт нужно отрабатывать. Причем я хочу его отработать так, чтобы меня болельщики любили. На те деньги, которые мне дали, еще нужно отыграть. А если я стану забивать 15 голов за сезон, этого будет недостаточно. Люди будут недовольны. Такой большой контракт дает мотивацию, я считаю.

— С детства у вас был фирменный стиль — вы тараном шли на ворота. Вы с возрастом по-прежнему любите делать «тачдауны»?

— Я все еще пытаюсь идти на ворота. Не скажу, что это фирменное. Но я играю в зависимости от того, что дают делать защитники. В детстве я много других голов забивал. Но когда потом начинал играть в «Тракторе» и молодежной сборной, все равно выходил в третьих-четвертых звеньях. А там чуть другой хоккей.

— Когда вам будет 35 лет и этот контракт подойдет к концу, вы хотели бы вернуться в «Трактор»? Или останетесь в НХЛ?

— Да не знаю. Тяжело загадывать так наперед. Надо эти восемь лет доиграть, а там как будет, так будет. В любом случае заканчивать карьеру хотелось бы дома.

Но заканчивать тоже надо правильно. Я не хочу приехать, и чтобы меня в спину толкали, потому что я уже сам ехать не могу. Нужно, чтобы последнее воспоминание людей о тебе было в хорошем ключе, а не так, будто Ничушкин приехал сюда, чтобы на льду песком сыпать. Зачем это надо? Надеюсь, здоровья хватит, чтобы хорошо сыграть дома минимум год.

«Денвер похож на Челябинск. Но у нас хоккей любят больше». Большое интервью с Ничушкиным

Фото: © ХК «Трактор»

— Комфортно ли жить в Денвере? Там среднегорье, давление подскакивает.

— Там 1600 метров над уровнем моря. Ты к этому быстро привыкаешь. Когда едешь куда-то в горы отдохнуть, там очень красиво и классно. И не особо высоко — где-то три тысячи метров. Это же не на Эверест забираться.

— Вы живете рядом с одним из лучших горнолыжных курортов мира, а вам по контракту нельзя вставать на горные лыжи. Обидно?

— А я сам не хочу вставать. Это опасно. Зачем? Травму получишь, деньги тебе не заплатят. Контракт останется, но в клубе отношение к тебе изменится.

Нужно оставаться профессионалом. Если ты выбрал хоккей, то занимайся хоккеем. И надо от чего-то отказываться. Вот закончу карьеру — буду кататься на лыжах.

— Вы уже думаете, куда вложить деньги по своему контракту на $49 млн?

— У меня уже есть начинания. Там все хорошо. Пока не буду говорить, в какой сфере. Я ее стараюсь поглубже изучить — общаюсь с людьми, читаю историю, смотрю разные лекции.

«Чем-то Денвер похож на Челябинск»

— Вы вошли в кожаной куртке. Очень стильно! Сами выбираете себе модную одежду?

— Да просто что в России осталось, то надел. Сегодня погода уже промозглая, пришла осень. А у меня дома почему-то вся одежда белая. Вот я и нашел черную косуху, в ней поехал на тренировку.

У меня с гардеробом постоянная ерунда. Я то в Америке живу, то в Россию прилетаю. Стараюсь путешествовать налегке, и когда мне нужны вещи в одном городе, они находятся в другом. И я постоянно забываю, где что лежит.

— Но вы не самый модный в раздевалке «Колорадо»?

— Не знаю, это не ко мне вопрос. Я часто одеваюсь по-простому, скромно. Очень люблю спортивные костюмы. Но если мы с женой идем вечером в хорошее место — на ужин в ресторан или в театр, — то наряжаемся поинтереснее.

— Правда, что американские хоккеисты на тренировки и матчи даже на пикапах приезжают?

— Эта ментальность во всех США, американцы к машинам чуть иначе относятся. У нас в Челябинск приезжаешь — такие крутые автомобили ездят! Любят некоторые купить машину за 20 миллионов рублей, причем сами живут в квартире за три-четыре миллиона. Это странно.

С другой стороны, лишь бы человек был доволен. Если ему нравится и он хочет — почему нет? Хочешь — трать деньги, хочешь — копи.

А вообще, в «Колорадо», если честно, любят обсуждать, кто сколько тратит. Постоянно подкалывают ребят — не меня, а других — между собой: «Чувак, отложи деньги на черный день!»

— Ваш дом в России — это Москва?

— Я теперь в Москве больше времени провожу. У нас тут квартира на Пресне — с тех пор, как я играл за ЦСКА.

— Есть ли челябинское братство среди хоккеистов? Сколько ребят из вашей области играет на топ-уровне!

— Если когда-то мы оказываемся вместе, то, конечно, общаемся. Побольше я разговариваю с Кузей (Евгений Кузнецов). Если они приезжают к нам — всегда сходим на ужин.

«Денвер похож на Челябинск. Но у нас хоккей любят больше». Большое интервью с Ничушкиным

Фото: © Patrick Smith / Staff / Getty Images Sport / Gettyimages.ru

— Вообще, это традиция. Если ты с кем-то знаком и приезжаешь на выезд — написал ему. Не всегда получается. Бывает, прилетает семья, просто занят, устал.

А если свободное время есть и ко мне в Денвер приезжают ребята, пишут: «Давай сходим покушать» — я за ними заезжаю, и сидим в каком-нибудь ресторане, болтаем о разном.

— И тепло на душе.

— Конечно! Мне кажется, в этом плане у русских очень хорошее сообщество. Хотя у шведов и финнов — то же самое. Они тоже ходят на ужины. Иногда приходишь в ресторан — там твои одноклубники с друзьями сидят.

— Вы сказали, что Денвер похож на Челябинск. В каком смысле?

— Он примерно такой же по размерам. Только Челябинск — сталелитейный город, а в Денвере тоже много заводов, идет горная добыча. Природа похожа, и то, что горы вокруг. Количество населения одинаковое — в районе одного миллиона.

— И похожи по любви к хоккею?

— Думаю, в Челябинске даже побольше любят хоккей. Но в Денвере это может поменяться. Все в Америке знают, что плей-офф — это совсем другая история. Болельщики в регулярке поспокойнее ко всему относятся. А когда идет розыгрыш Кубка Стэнли, то город сразу же украшен баннерами, все ходят в хоккейных свитерах, узнаваемость намного больше. Люди прям погружаются в хоккей.

Когда у нас проходил финал, то просто творилось сумасшествие. Полно наших маек на улицах!

— У вас в «Колорадо» есть чат? Вы обсуждаете, кто как проводит свой день с Кубком Стэнли?

— В чате сейчас абсолютная тишина. Все устали друг от друга за 10 месяцев. Два и кто будет летом писать? Все соскучились по своим родным и домам. В последние годы из-за ковидных ограничений ко многим не могли приехать родственники в США и Канаду. Поэтому ребята отложили телефоны в сторону. Но с сентября в чате начнется жизнь, когда откроется тренировочный лагерь. Нужно соскучиться друг по другу!

— Уже соскучились?

— Конечно!

  • Федотов перейдет в СКА за Самонова? Инсайды о вратаре сборной России, которого призвали в армию
  • «Отцу на 50-летний юбилей я подарил «Жигули» третьей модели». Жафяров — о переходе в СКА, семье и интересе к раритетным авто
  • «Лицо красное от сока земляники, на душе — счастье». Панарин рассказал, как провел лето

Источник статьи: matchtv.ru