Единоборства

«Федор позвонил — я ехал в маршрутке». Боец из зала Емельяненко — ходит в Эрмитаж и поквитался со всеми, кто бил его толпой

17просмотров

«Федор позвонил — я ехал в маршрутке». Боец из зала Емельяненко — ходит в Эрмитаж и поквитался со всеми, кто бил его толпой

Валентин Молдавский / Фото: © Bellator MMA

Валентин Молдавский тренируется в команде Федора Емельяненко и может стать вторым человеком из Fedor Team, кто заберет пояс американской лиги Bellator. В интервью Вадиму Тихомирову Молдавский говорит про уличные драки, увлечение историей и бои с Нганну и Миочичем.

Валентин Молдавский тренируется в команде Федора Емельяненко и может стать вторым человеком из Fedor Team, кто заберет пояс американской лиги Bellator. В интервью Вадиму Тихомирову Молдавский говорит про уличные драки, увлечение историей и бои с Нганну и Миочичем.

  • Молдавскому 29 лет, 10 побед, 1 поражение; 185 см, 106 кг
  • Следующий бой за титул Bellator против Тимоти Джонсона (15-6)
  • С 2015 года Молдавский тренируется в команде Федора Емельяненко

«Федор позвонил — я ехал в маршрутке». Боец из зала Емельяненко — ходит в Эрмитаж и поквитался со всеми, кто бил его толпой

Валентин Молдавский / Фото: © Fedor Team

В этом интервью читайте про:

  • холодное оружие в коллекции Молдавского;

  • сравнение бойцов ММА с воинами;

  • впечатления от Никиты Крылова;

  • возвращение долга за избиение толпой;

  • голос Федора в трубке.

«Когда какой-то спор в области истории возникает, могут ко мне подойти и спросить»

— У вас в инстаграме есть редкое соседство: фотография с чемпионата России по боевому самбо, на которой вы, Кирилл Сидельников, Денис Гольцов. И следом — фотографии из Эрмитажа, первое фото — картина Каспара Гюне «Екатерина II возлагает Чесменские трофеи на гробницу Петра Великого».

— Прилетел из Америки c боя и сразу поехал на чемпионат России по самбо. Выиграл его и устроил себе маленький отдых. Уехал в Санкт-Петербург, походил по музеям. Если честно, никогда не воспринимал изобразительное искусство, но в Эрмитаж давно хотел и что-то по исторической тематике там посмотреть. А там есть залы с живописью, и мне очень понравилось.

Я даже не знаю, кто автор, но завораживающее зрелище. Надо еще туда попасть, потому что я так понял, что даже по путеводителю не все обошел. Еще был в палеонтологическом музее, не хуже московского, кстати. И еще в одном историческом музее был. Каждый день куда-то ходил.

— Хоть кто-то в зале подкалывал по поводу того, что боец с 10-ю победами в 11 боях стал фотографировать картины?

— Все и так знали, что я историей увлекаюсь. Даже когда спор по истории какой-то возникает (очень редко, конечно), могут ко мне подойти спросить. А с картинами только Вадик (Немков. — «Матч ТВ») сказал: «Зачем ты все в одно время выложил? Можно же было распределить». Но я не такой эксперт в инстаграме, как он.

«Федор позвонил — я ехал в маршрутке». Боец из зала Емельяненко — ходит в Эрмитаж и поквитался со всеми, кто бил его толпой

Фото: © Bellator MMA

— Вы коллекционируете холодное оружие?

— Часть коллекции от дедушки осталась: ему дарили рапиры, ножи, кирка есть. Я часть умыкнул. Топор подарили для метания. Думаю, у меня где-то от 10 до 20 единиц. В одно время сильно загорелся, стал собирать, но оно не здесь, а дома у меня. Не так часто вижу.

— Умеете им владеть профессионально?

— Нет, но в реконструкции хотел бы поучаствовать, потому что я ходил один раз в Белгороде на такое представление, и мне показалось, что мы со своими пацанами, с Вадиком, с Кириллом (Сидельниковым. — «Матч ТВ»), без оружия можем там одними подсечками их попереворачивать.

— Вы говорили, что первое оружие покупали в Москве при странных условиях?

— В подворотне какой-то, мне привезли на машине два меча и лук. Не помню уже, где было. Это была реконструкция оружия, такие на всяких турнирах используются как рабочий материал. Тысяч 10-15 цена.

«Стресс в бою касается лично тебя, а люди, которые побывали на войне, — это совершенно другой след на психике»

— Вы увлекаетесь историей и военным делом — вас не смешит, когда бойцы сравнивают ММА или бокс с войной? То есть, да, вы жестко деретесь, но вряд ли в боях тебе может оторвать ногу или руку, а в зале, где мы говорим, около 10 кондиционеров — в окопах их чуть меньше.

— С воинами, ха-ха… Ну, насчет залов еще могу сказать, что начинают все не в таких, а в подвалах, где на голову вода капает. Мой первый зал — там зимой температура внутри была такая же, как и на улице. Но вообще, конечно, тут мы не стремимся убить друг друга. Тут жесткий, но спорт. Поэтому сравнивать себя с воином, я не знаю.

«Федор позвонил — я ехал в маршрутке». Боец из зала Емельяненко — ходит в Эрмитаж и поквитался со всеми, кто бил его толпой

Фото: © Bellator MMA

Даже стресс в бою касается лично тебя, и он происходит прямо сейчас, а люди, которые побывали на войне, это совершенно другой след на психике, и сравнивать себя с военными глупо. С другой стороны, практика показывает, что люди часто становятся воинами и попадают на войну, не имея желания. Взять мировые войны — это же обычные люди, учителя идут воевать.

А спорт — ты себя добровольно вгоняешь себя в этот стресс. И те, кто идет воевать целенаправленно, — это тоже особый склад, их не так много.

— Вы родились в Новопскове — как-то коснулся конфликт в Луганской и Донецкой областях?

— Коснулся моих знакомых. Лично знаю людей, кто погиб, причем случайно, просто во время авианалетов попадали снаряды, и люди гибли ни за что. Не хочу это обсуждать.

«В боях жестче бьют. Драка — это уличный конфликт. Случилось — и тут же закончилось, а бои это намного тяжелее морально»

— Еще я знаю, что там же родился ваш ровесник Никита Крылов (боец из топ-15 UFC) и что он всю юность ездил по районам и дрался с ребятами, отыскивая интересных соперников. Вы вроде тем же самым занимались.

— Он далековато от меня жил, километрах в 160, мы не пересекались. Не доехали, наверное, друг до друга. Познакомились с ним, когда нам лет по 19 было, оба учились в Луганске, нас один общий товарищ пригласил на день рождения. По нему было видно, что он такой движовый парень, если что, может устроить кипиш.

— Никита рассказывал, что его били битой и потом он бил человека, который это сделал.

— Да? Меня тоже битой били в 11 классе. И, кстати, тоже, видимо, плохо ударили. В затылок попали. В общем, я дрался с одним, меня ударили, и дальше драка продолжилась и с тем, кто с битой, и с тем, кто до этого дрался со мной.

«Федор позвонил — я ехал в маршрутке». Боец из зала Емельяненко — ходит в Эрмитаж и поквитался со всеми, кто бил его толпой

Фото: © Bellator MMA

— Что стало с битой?

— Упала где-то.

— Вместе с владельцем?

— Ну да, и владелец тоже упал. Что вы такие компрометирующие вопросы задаете?

— В другую реальность заглянуть.

— Да какая другая реальность? Мне было 16-17 лет, все в этом возрасте много дрались. Понятно, что когда ты на борьбу ходишь, немного в себя поверил и тебе какой-то старший говорит «малой, отойди», происходит драка.

— А как греко-римская борьба помогает в драке?

— Взял, бросил прогибом. Чтобы правильно падать, нужно уметь страховаться, а если человек этого не умеет и падает с высоты полутора метров с массой твоей и его, воздух из него выбивает сразу.

— Во всех историях от бойцов, дравшихся на улице, существует босс, с которым рано или поздно надо пересечься.

— Ну да, было. В 16 лет пересекся, победил, все хорошо.

«Федор позвонил — я ехал в маршрутке». Боец из зала Емельяненко — ходит в Эрмитаж и поквитался со всеми, кто бил его толпой

Фото: © Bellator MMA

— Тоже спортсмен или скорее с уличной школой?

— Скорее с уличной. Считался серьезным уличным чемпионом, постарше меня. И моя уличная карьера так складывалась, что было понятно, что судьба нас сведет.

— Вы в классе были самым сильным?

— Слушайте, у нас в классе ни драк, ни таких соревнований не было. Даже в школе. Наоборот, почти все, с кем я учился, это до сих пор мои друзья.

— И вы реально учились на четыре-пять?

— Да. Я же говорю, я считаю, что драки — это плохо.

— Вы говорили, что проигрывали, только когда вас били толпой, и что вы потом некоторых нашли. Сильно досталось, когда били толпой?

— Некоторых… всех. Месяца за полтора. Хорошо запомнил, кто там был.

Но, вообще, в боях жестче бьют. Драка — это уличный конфликт. Случилось — и тут же закончилось, а бои это намного тяжелее морально. В драках стресса нет такого, там никто силы не рассчитывает, эмоции.

«Федор позвонил — я ехал в маршрутке». Боец из зала Емельяненко — ходит в Эрмитаж и поквитался со всеми, кто бил его толпой

Фото: © Bellator MMA

— Волнуешься, когда знаешь, что реально идешь возвращать долг за то, что тебя били толпой?

— Не волнуешься. У тебя злость в этот момент. Хочешь найти и наказать. Но это мне было 16 лет. Сейчас, если бы на меня толпой напали, я бы никого не пошел искать. Правда, надеюсь, что сейчас на меня и толпой не нападут… В смысле я этим никого не провоцирую, конечно, но сейчас у меня уже очень давно драк не было. Нельзя драться.

— Когда была последняя?

— В 20 лет, и то мне пришлось спасаться, чтобы меня не убили. В Луганске пошли курсантами в одно заведение. На нас напали, пришлось отбиваться. Нас было человека 3-4, а их человек 60. Приехала милиция, и все разбежались.

В подростковом возрасте это весело. Сейчас, когда я смотрю, что мужики по 35 лет дерутся, это странно. Конфликт происходит, когда один отвечает другому, а если ты не вступаешь в диалог, ничего не будет. Просто в подростковом возрасте так никто не делает.

— Если вам скажут классическое: «Че ты смотришь?»

— Мне такого не говорят, но постараюсь отшутиться.

«В будущем было бы интересно подраться в UFC»

— Вы говорили, что попали в Fedor Team по приглашению Федора Емельяненко. Причем говорили много раз, что Федор просто позвонил и позвал. А как сам звонок выглядел?

— Это внезапно было. Помню, что ехал домой в маршрутке после тренировки, жил тогда в Симферополе. Взял трубку, Федор предложил на сборах потренироваться, потом подраться в Японии.

— Не подумали, что это розыгрыш?

— Я же с ним уже был знаком, по голосу понял, что это Федор. Обрадовался. Поехал в Москву, сначала были сборы в Новогорске, потом съездили в Японию (Молдавский провел второй профессиональный бой на турнире Rizin в Японии в декабре 2015 года, на том же турнире Федор Емельяненко провел первый бой после паузы в 3,5 года. — «Матч ТВ»). Потом я вернулся в Крым, попрощался со всеми дома и переехал сюда [в Старый Оскол].

«Федор позвонил — я ехал в маршрутке». Боец из зала Емельяненко — ходит в Эрмитаж и поквитался со всеми, кто бил его толпой

Фото: © Bellator MMA

— Все сравнивают лигу, где вы сейчас подеретесь за титул, Bellator, c UFC. А если сравнить с PFL в плане денег. Например, вы провели в Bellator 5 боев и теперь будете драться за пояс, а Али Исаев за те же пять боев заработал один миллион долларов. Это не привлекает?

— В будущем было бы интересно там подраться. Тем более пять боев можно провести за год, если у тебя со здоровьем все в порядке.

— Bellator не публикует гонорары, а вы их не говорите, но миллион долларов за пять боев было бы значимой суммой?

— Ну-у, да.

— Это больше, чем в Bellator за пять боев?

— Я вам не скажу. Для меня тут важнее период времени, в Bellator не получишь пять боев за год.

— Раньше считалось, что в ММА сложно зарабатывать только боями, но теперь 10-20 бойцов из России могут получать от 50 до 100 тысяч долларов за поединок. В рублях это 3,5 — 7 миллионов. Можно ли говорить, что сейчас можно было бы прожить только на гонорары?

— Не знаю. Я из Украины, там не принято деньги проедать, они должны что-то делать. Если грамотно вложить, можно и долго жить на них. Для эксперимента можно, конечно, назвать любую сумму и попробовать на нее выжить, но зачем?

— А ваши дополнительные доходы — это зарплата в Fedor Team и какие-то поступления от «Северного десанта»?

— Да. «Десант», если мы выходим [в их одежде], то считается, мы представляем их. И за это положено вознаграждение.

«Федор позвонил — я ехал в маршрутке». Боец из зала Емельяненко — ходит в Эрмитаж и поквитался со всеми, кто бил его толпой

Фото: © Bellator MMA
«Перед боями с Миочичем и Нганну надо за полгода садиться и готовиться»

— Есть мнение, что современный тяжеловес должен весить под верхний лимит категории: до 120 кг. Вы пока деретесь с весом 106-107 кг.

— Что поделать, я больше не буду. В принципе, я не маленький, просто когда с такими лосями выходишь, понимаешь, что природа некоторых наградила.

— Вы спарринговали с одним из самых тяжелых бойцов России Григорием Пономаревым, который вообще весит 140-150 кг, — тяжело?

— На этой подготовке его не было, но тяжело, конечно. Он же не просто такой большой, он подвижный, физически сильный. Но это полезно. Когда даешь ему позицию сверху и вылезаешь из-под него, потом уже проще делать это с ребятами, которые меньше весят.

— Нет мыслей, что рано или поздно с вашим весом не получится выступать?

— В смысле не получится? Правилами запретят?

— Нет, просто будет понятно: хочешь весить 105 — ОК, но на топовом уровне с тобой будут драться парни весом 125 кг.

— Ну, у нас же тоже уровень будет расти, не все же упирается в размеры. Значит, надо быть быстрее, техничнее, чем они. У меня для своего роста масса нормальная тоже.

«Федор позвонил — я ехал в маршрутке». Боец из зала Емельяненко — ходит в Эрмитаж и поквитался со всеми, кто бил его толпой

Фото: © Bellator MMA

— Расскажите, какие у вас показатели в классических силовых?

— Становую на раз не делал, все-таки есть риск травмы. Делал — 200 на шесть раз, но давненько. И то это Вадя (Немков. — «Матч ТВ») всех взбаламутил, навесил на штангу 200, стал тянуть, и мы тоже включились. Приседал 190 кг, на 5-6 раз. Жим — 165 кг на раз. Подтягивался на максимум раз 25 года два назад. Бегать на время в последний раз приходилось в университете, давно уже. Помню, что в 17 лет пробежал километр за 2:55, но это было один раз. Бежал потом через два года, вроде уже к этому моменту мастера спорта выполнил, а пробежал хуже на 15-20 секунд.

Вообще, силовые хорошо проверять, когда приехал после боя. Если неделю-две ничего не делал, то потом просто в зал приходишь и нормально получается, веса летят. В тренировочном режиме такого нет почему-то.

— Есть такие бойцы, которым вообще не интересно смотреть ММА…

— Это Толик Токов. Не знает никого. Только когда ему назначают бойца. А когда ему задают вопрос, смотрел ли бой Ромеро с Уиттакером, он удивляется: «А! Кто?» Я и сам постепенно таким становлюсь. Вот мой отец внимательно смотрит, потом мне пересказывает. Но когда сам начинаешь выступать, не так интересно.

— При этом вы в интервью каналу It’s Time с интересом говорили про потенциальные бои со Стипе Миочичем и Фрэнсисом Нганну (бывший и действующий чемпионы UFC в тяжелом весе. — «Матч ТВ»).

— С Миочичем и Нганну надо за полгода садиться и готовиться. У Миочича, такое ощущение, что 10 планов на бой. Если у него не идет так, он начинает работать по-другому, и вот придется под каждый готовиться. А Нганну — у того физика, конечно, мощная. Пришлось бы над этим работать. Посмотрим, если он еще 3-5 лет не уйдет на пенсию, может, я и до него доберусь.

Источник статьи: matchtv.ru/volleyball